Мои счастливые клиенты в шутку прозвали меня «портнихой». Да, действительно, шить и штопать — это моя профессия. Только не подумайте, что я швея… Моя работа — спасать человеческие жизни, виртуозно работая за операционным столом скальпелем и хирургической иглой. Не женское это дело — скажете вы. В ответ я могу сказать одно — это тот случай, когда профессия выбрала меня сама.

О том, что Елена Отис станет врачом, в нашей семье говорили, когда мне было еще семь лет. Как же иначе? Ведь все в нашей семье были медиками. И я должна была продолжить семейную династию врачей.

Мой отец, Владимир Михайлович, известный в нашем городе хирург. Более сорока лет он посвятил медицине. А моя мать, Татьяна Валерьевна, — терапевт. Их свела работа… Еще совсем молодыми они пришли работать в третью городскую больницу. Увидели друг друга, влюбились «по уши» и поняли, что они — единое целое и друг без друга больше не смогут. Как говорит мой отец: «Сумасшедшая любовь оказалась самым надежным швом в жизни!» Это действительно так. Ведь нити любви между ними сегодня столь же крепки, как и раньше.

Мои родители всегда были для меня примером для подражания, а их любовь — заветной мечтой. Всю свою жизнь я мечтала, чтобы в моей жизни все было точно так же…

Но мечты сбываются не всегда, а любовь часто бывает жестокой. Это я поняла еще в школе, когда меня бросил самый дорогой и любимый человек — одноклассник Руслан. Наши отношения начались еще в восьмом классе. Он был страшным задирой, всегда с кем-то дрался и вечно попадал в неприятные истории. Повзрослел Руслан лишь в десятом классе. Именно тогда между нами вспыхнула горячая и непреодолимая любовь, которая вначале согревала, а позже — жестоко сожгла девичье сердце.

В тот злополучный выпускной вечер я всюду искала Руслана, чтобы сделать совместное фото с классом. Уже отчаявшись, я решила заглянуть в актовый зал. Едва распахнув дверь, я увидела, как мой Руслан обнимает и целует мою подругу Динару. Увидев меня, Руслан покраснел и заволновался. Он стал говорить, что это ошибка, что я все неправильно поняла и якобы это «репетиция» концертного номера для учителей. Как же глупо и паршиво все это выглядело. Мои глаза медленно наполнялись слезой. Я смотрела на них и молча слушала их оправдания. Но с этим было пора заканчивать. Пожелав им чистой и искренней любви, я громко хлопнула дверью, навсегда оставив первую любовь и первую боль в стенах своей школы.

Острая, режущая боль, словно скальпель, резала по живому мое сердце. Любовные муки прошли лишь спустя год. Руслан, как этого и следовало ожидать, вскоре бросил Динару и уехал за большим будущим и удачей в столицу…

В моей жизни все складывалось довольно благополучно. После школы я поступила в медицинский институт на врача-хирурга, чтобы продолжить отцовское дело. Учиться было тяжело, но интересно. На последнем курсе я встретила «его» — красивого, высокого и подтянутого Сашу. Он был ярким, забавным, черноглазым, с обвораживающей улыбкой и завивающимися черными волосами. После долгих ухаживаний с его стороны я сдалась. Он предложил руку и сердце. Спустя год мы поженились. Мне нравились его внешность, галантность, доброта, юмор, внимание и забота. Это был новый вариант моей «любви».

Вместе с Сашей мы живем уже двадцать лет. Мы очень дорожим друг другом. Для него я — «женщина всей жизни». У нас уже взрослый сын, который так же, как и мы, учится на врача.

Муж не перестает признаваться мне в любви. И всегда спрашивает меня: «А ты меня любишь?». Я отвечаю: «Да», четко осознавая, что в очередной раз соврала ему и себе. К сожалению, даже рождение сына, доброта, ласка и любовь мужа не сотворили чуда. Кусочки разбитого сердца сшить не удалось. Наша жизнь и отношения стали просто привычкой, повседневностью.

Для того чтобы наш сын Артур ни в чем не нуждался и мог спокойно учиться на коммерческом отделении лечебного дела, я и его отец часто брали ночные дежурства. Если у моего супруга дежурства обычно проходили спокойно, то у меня в хирургическом отделении об этом можно было только мечтать. За ночь мне приходилось оперировать по пять – семь человек. Кого-то сшибла машина или пытался зарезать ревнивый муж, кто-то не рассчитал сил и ввязался в чужую драку, получив по «полной программе», а кому-то дарили бандитскую пулю. Это не просто истории моих пациентов, это наша с вами жизнь.

Особенно «бурными» в хирургии бывают предновогодние дни. Вечером 30 декабря до окончания дежурства оставалось несколько часов. Все было относительно спокойно. Я решила заварить себе кофе, чтобы окончательно не уснуть. И в тот момент, когда только стала заливать воду в чайник, ко мне пулей залетает дежурная сестре Нина.

— Елена Владимировна, со «скорой» к нам привезли мужчину со сквозным огнестрельным ранением в брюшную полость. У него внутреннее кровотечение и кратковременные периодические потери сознания. Документов при нем нет, — быстро выпалила медсестра.

— Готовьте пациента к операции. Я одеваюсь и бегу в операционную.

На операционном столе лежал мужчина лет сорока. По внешнему виду он напоминал зека или бандита. Впрочем, это было не так важно. Более всего меня волновало его состояние. Сейчас он уже находился под наркозом, поэтому было можно приступать к извлечению пули. Операция было сложной, пулю удалось вытащить, но были задеты крупные сосуды, долгое время не удавалось остановить кровотечение.

Операция закончилась спустя пять часов. Пациент потерял много крови и до сих пор находился без сознания. Его жизнь была под угрозой. Его перевели в реанимационное отделение, где он находился под постоянным наблюдением персонала. Ни родственников, ни жены рядом не было. Он был совсем один. Через полчаса после операции я решила лично осмотреть его. Он находился в бреду, слегка дергались пальцы рук и наблюдались подергивания глаз. Я осмотрела свою работу: со швами все было в порядке, кровотечения не было. Пульс был редким, но четким.

Все должно было решить утро. Мое дежурство уже закончилось, и мне было пора домой. Но что-то меня не отпускало. Такого со мной еще никогда не было. Дело было во внешности это мужчины. Мне все время казалось, что я его откуда-то знаю. Мои мысли прочитала поправляющая капельницу медсестра:

— Елена Владимировна, Вы так внимательно за ним наблюдаете. Он Ваш знакомый? — спросила она меня.

— Ты знаешь, такое чувство, как будто где-то его уже видела. Черты лица, брови, форма носа…

— Бывает, Елена Владимировна. Я тут недавно роман купила. Там у героини та же история. Она встречает незнакомого человека, который ей сразу же понравился. Они знакомятся, у них там шуры-муры и все такое. Но самое интересное, что они знают друг о друге почти все: вкусы, привычки и даже мечты. Это «де-жа-вю» называется. Интересная штука, — вдалась в романтику разговорчивая медсестра.

— Да ну тебя, чепуху всякую тут мелешь! Займись лучше своим делом, — резко оборвала я ее фантазии. Обидевшись на меня, она вышла из палаты, а я продолжала внимательно всматриваться в лицо пациента.

«Де-жа-вю», — едва слышно повторила я, и тут меня осенило. Я вспомнила про рисунок на груди у пациента. Это была татуировка в виде сердца с буквами «Р» и «Е». Повинуясь своему любопытству, я приоткрыла простыню и увидела именно это.

Черт возьми! Вот почему мне было так знакомо это лицо, спрятанное под толщей жесткой мужской щетины, брови, волосы, нос. Передо мной лежал Руслан, мой самый первый мужчина, мой одноклассник, моя первая любовь.

Боже мой, прошло двадцать лет. Он так изменился, что я едва его узнала… Эти мысли в доли секунды прокрутились, одна за другой, в моей «туманной» голове. Мое разбитое сердце в этот момент словно «проснулось» и подавало мне странные сигналы. Теперь я знала точно, что остаюсь здесь до утра…

Я словно маленькая и глупая девочка схватила «любимого» за руку, села на пол, согнув ноги в коленях. До самого утра я не сводила с него глаз и постоянно шептала ему слова: «Только живи, любимый!»

Представляю, как странно это могло бы выглядеть со стороны. Если бы в эти часы кто-то заглянул в реанимационную палату, то увидел бы удивительную картину: врач-хирург сидит на коленях, облокотившись о краешек кровати, крепко сжав руку прооперированного пациента, шепчет странные слова. Возможно, коллеги вызвали бы мне «психиатричку». Но все обошлось…

Наступило долгожданное утро 31 декабря. У Руслана уже был четкий и ясный пульс. Судя по громкости стонов, он постепенно отходил от наркоза и приходил в сознание. Меня это очень радовало. Я отпустила руку Руслана и кое-как встала на свои отекшие и непослушные ноги. Самое страшное было уже позади. Вскоре пришла новая смена, и мне было нужно сдать свой пост. После формальных объяснений по поводу своего внимания к пациенту, я попросила сменного врача дать мне еще 5 минут на осмотр. Завершился осмотр неожиданно для меня самой поцелуем в небритую, но теплую и очень родную щеку пациента.

Я вышла из отделения совершенно не похожая на себя. На моем лице сияла улыбка, которую я дарила всем прохожим. Мои ощущения было не передать словами. Это как случай с бабочкой, которая долгое время находится в коконе гусеницей, а потом выходит из своей оболочки — и красивая, уже с крыльями, взлетает в самую высь бесконечного неба.

Через боль, жалость и сострадание я вновь обрела смысл жизни, склеила кусочки своего разбитого сердца. Спустя даже двадцать лет, мое сердце смогло простить и вновь полюбить. Разве это не новогоднее чудо? Что ждет хирурга Отис впереди? Честно — не знаю. Для меня очевидно лишь одно. В моей жизни появился «новый» человек. И я не хочу его терять.

Семейный ужин прошел тяжело. Оставшись наедине с мужем, я рассказала ему об истории в больнице, о Руслане. Я получила первую пощечину от мужа. Он не смог меня понять и выгнал в новогоднюю ночь из квартиры. Благополучная семейная жизнь разрушилась в одно мгновение. Хотя, можно ли ее назвать благополучной? Наверное, нет. Ведь женского счастья в браке я так и не познала.

До полуночи оставалось несколько часов, скоро наступит Новый год. А я, шальная и неверная, иду по шумным улицам в направлении, которое знает лишь один верный «компас» — мое живое и любящее сердце. Купив в магазине мандарины с шампанским, я поймала такси и поехала к себе на работу.

Руслану стало намного лучше, и его перевели в стационар. Робко и осторожно я прошла к нему. Он лежал и о чем-то думал. Увидев врача в белом халате, он состроил «кислую» рожу, видимо ожидая очередную капельницу. Но капельницы и уколов не последовало. С удивлением он посмотрел на меня.

— Привет, Руслан! Как ты? — первой заговорила я. Он молчал и очень внимательно смотрел на меня. Спустя мгновение он произнес: «Ленка…» — и зарыдал. Из его глаз потекли горячие слезы.

— Мужчины, оказывается, тоже плачут, — попыталась пристыдить я Руслана. Он начал вытирать слезы и, не отрывая глаз, смотрел на меня. Я подошла к нему, подсела на кровать и вновь поймала его руку. Чувствовалась легкая дрожь от волнения…

— У тебя все хорошо. Самое страшное уже позади. Швы обязательно затянутся. Через полгода будешь как огурчик! — решила я подбодрить своего пациента. Руслан все молчал…

— Спасибо тебе за все, Лен. Если бы не ты, наверное, я бы уже ушел на тот свет. Ведь это ты вытащила меня и всю ночь провела со мной? — заговорил Руслан.

— Это был мой долг, долг врача. Я не могла поступить иначе. К тому же… — хотела продолжить я, но остановилась.

— Что? Лена, говори уже, — взволновался Руслан.

— Я все еще люблю тебя…

Он лежал серьезный и нахмуренный, а потом очень сильно сжал мою руку. Слова были не нужны. Я поняла, что теперь у меня начнется новая жизнь, новая любовь.

— Руслан, до Нового года остается 5 минут. Я купила шампанское и мандарины. Знаю, что тебе пока нельзя все это. Поэтому я подниму бокал за нас двоих. Не возражаешь?

— Нет, но только с одним условием. Я загадываю желание!

— Хорошо, загадывай!

— Пусть в Новом году одной счастливой парой на свете станет больше! Я люблю тебя, Ленка. Обещаю, я исправлю ошибки прошлого.

— Руслан, дорогой мой, любимый! Не нужно ничего исправлять. Мы начнем с тобой новую жизнь, с чистого листа и нового года, — ответила я, глотнув игристый напиток с пузырьками в хрустальном бокале.

Прошел год… Мы с Русланом теперь живем вместе на съемной квартире. Он завязал со своим криминальным бизнесом, из-за которого тогда получил бандитскую пулю, и теперь работает охранником в салоне сотовой связи.

Мой бывший муж нашел другую, а у сына появилась девушка из другого города. Он уехал к ней и говорит, что безумно счастлив. Он нашел в себе силы простить меня. И я очень благодарна ему за это.

Дорогие друзья! Верьте в любовь, умейте прощать. И тогда обязательно случится в вашей жизни то самое чудо, которого мы ждем, в которое мы верим! Мое чудо свершилось, свершится и ваше!

Добавить комментарий

CAPTCHA на основе изображений
Введите код с картинки

 

 

 

 

Новый номер

Яндекс.Метрика